Ru Eng

Решающая позиция правоприменителя Алексей Буканев

Особенности установления отсутствия умысла на совершение преступления.

В данном отклике на статью Антона Колосова «Как прекратить уголовные дела по обвинению в мошенничестве» (см.: «АГ». 2018. № 19 (276)) автор, не соглашаясь с указанием коллеги на целесообразность единообразного подхода при формулировании оснований в постановлениях следователя, приходит к выводу, что главная проблема при доказывании отсутствия умысла на мошенничество – в позиции правоприменителей, а не в толковании закона Верховным Судом РФ.

В статье автор ссылается на Постановление Пленума ВС РФ от 30.11.2017 № 48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате», в котором указаны обстоятельства для определения наличия или отсутствия умысла на совершение мошенничества. Данные обстоятельства применялись адвокатом при осуществлении защиты и впоследствии отразились в постановлении следователя о прекращении уголовного дела. Таким образом, следует, что нормы права, а также их толкование были применены правильно. Понимание наличия или отсутствия умысла при указанных в рассматриваемой статье обстоятельствах уголовного дела фактически сводится к другому субъективному фактору – мнению следствия при полном и всестороннем расследовании уголовного дела. Постановлением Пленума четко задан вектор определения наличия и, соответственно, отсутствия умысла, поэтому с указанием автора на целесообразность единообразного подхода при формулировании оснований в постановлениях следователя не совсем согласен, поскольку перечисление обстоятельств, свидетельствующих об отсутствии умысла на совершение мошенничества, не является однозначным и по каждому факту не является исчерпывающим обстоятельством.

Полный текст комментария читайте в Адвокатской газете.