Ru Eng
  • Главная
  • Аналитика
  • Статья 210 УК РФ: тенденции правоприменения и оценка новых законодательных изменений

Статья 210 УК РФ: тенденции правоприменения и оценка новых законодательных изменений

Анастасия Андрецова

    Тенденцией последних лет стало противостояние двух крайностей – призывов со стороны политической власти к смягчению давления на бизнес и одновременным «закручиванием гаек» со стороны сотрудников правоохранительной системы.

    Одним из рычагов давления на коммерсантов стала ст. 210 Уголовного кодекса РФ, которая предусматривает ответственность за организацию преступного сообщества либо участие в нем независимо от того, были ли совершены какие-либо иные преступления. Сама конструкция статьи до внесения в нее нового примечания при определенном толковании позволяла отождествить организационно-правовую форму юридического лица с преступным сообществом. Во многом это было связано с искажением на практике изначальной цели ее вменения, а также с довольно неоднозначным понятием преступной организации, которое также успело претерпеть ряд изменений с момента принятия Кодекса в 1996 году.
    В связи с этим по предложению Президента РФ в апреле 2020 года в ст. 210 УК РФ были внесены поправки, направленные на ограничение применения норм о преступном сообществе к учредителям, руководителям и сотрудникам организаций, осуществляющим обычную хозяйственную деятельность. Деловое сообщество возлагает большие надежды на новую редакцию 210-й статьи, рассчитывая на то, что с помощью внесенных изменений удастся предотвратить ее необоснованное вменение.
    Предваряя авторскую оценку указанным законодательным изменениям и перспективам реализации новой нормы на практике,  предлагаю начать с краткого обзора развития норм о преступном сообществе в отечественном законодательстве, поговорить о статистике и практике текущего правоприменения, а завершить публикацию описанием текущих недостатков и предложениями об их устранении.
 
1. Развитие норм о преступном сообществе в отечественном законодательстве
    Ответственность за соучастие в сообществе, организованном для совершения преступлений, появилась в отечественном законодательстве довольно давно. Впервые в отечественном законодательстве преступления, совершенные скопом и заговором, упоминаются еще в Соборном Уложении 1649 г. [1] В Уложении о наказаниях уголовных и исправительных 1845 года говорится об ответственности за сам факт создания сообщества или участия в заговоре [2]. Уголовное уложение 1903 года закрепило в качестве обязательного признака таких сообществ цель совершения тяжкого или иного преступления или нескольких преступлений [3]. В советский период нормы об организованной преступности носили в основном политический характер, а деятельность преступных сообществ связывали с совершением государственных преступлений [4]
    В связи с разгулом в 1990-е годы организованной преступности [5] законодателю пришлось уделить ей значительное внимание при составлении нового кодекса. В результате в УК РФ 1996 года были включены самостоятельные нормы о незаконном вооруженном формировании (ст. 208), бандитизме (ст. 209) и об организации преступного сообщества (преступной организации) и участии в нем (ст. 210). Кроме того, преступное сообщество было закреплено в качестве отдельной формы соучастия и определялось в первоначальной редакции ч. 4 ст. 35 УК РФ как «сплоченная организованная группа (организация), созданная для совершения тяжких или особо тяжких преступлений, либо объединение организованных групп, созданное в тех же целях». 
    Определение преступного сообщества через сплоченную организованную группу вызвало немало вопросов со стороны юридического сообщества [6]. Однако дискуссий меньше не стало, когда норму привели в соответствие с Конвенцией против транснациональной организованной преступности. Федеральным законом от 3 ноября 2009 года №245-ФЗ признак сплоченности был заменен на структурированность. Как раз с этими изменениями и связывают дальнейшие разночтения в толковании статьи, которые открыли перспективы для следственных органов подгонять под новое определение практически любое юридическое лицо.
 
2. Новые «пути» применения ст. 210 УК РФ
    В последние годы сложилась ситуация, когда ст. 210 УК РФ, которая изначально задумывалась для борьбы с разросшейся в 90-е годы профессиональной преступностью, стала распространяться на учредителей и участников юридических лиц. Типичная структура предприятия удобно укладывалась под новое определение преступной организации (единое руководство, наличие структурных подразделений, направленность на получение финансовой выгоды), а статус ее руководителя, при необходимости, под понятие лица, использующего свое служебное положение [7].
    Во многом расширение практики применения ст. 210 УК РФ вызвано сокращением подсудности суда присяжных в 2013 году [8] под предлогом разгрузки судов уровня субъекта. Тогда число дел, рассмотренных с участием присяжных, сократилось почти вдвое. В том числе была исключена из подсудности присяжных и ст. 210 УК РФ Предприниматели потеряли шанс на оценку своих действий народными представителями, которые могли справедливо учесть роль обвиняемого в совершении инкриминируемых ему преступлений.
    Еще одним поводом к более активному применению статьи 210 УК РФ стали изменения процессуального законодательства, направленные на установление дополнительных гарантий для предпринимателей в рамках провозглашенного курса на защиту бизнеса от давления при помощи уголовной репрессии.  
    Корректировка положений УК РФ об организованной преступности совпала по времени с поправками в Уголовно-процессуальный кодекс РФ, касающимися ограничений на заключение под стражу лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений в сфере предпринимательской деятельности. В практике начали появляться различные механизмы для обхода такого запрета. 
    Довольно неуклюже выглядели судебные формулировки при удовлетворении ходатайств о заключении под стражу о том, что деятельность обвиняемых не является предпринимательской при явном наличии признаков, обозначенных в гражданском законодательстве [9]. А вот с помощью дополнительного вменения ст. 210 УК РФ можно было парализовать досадный запрет на заключение под стражу коммерсантов, чем сводилась на нет эффективность ч.1.1 ст. 108 УПК РФ.
    Такая квалификация позволяла также обосновать необходимость продления сроков предварительного следствия, а возможность исключения ст. 210 УК РФ из окончательного обвинения стала весомым поводом для заключения досудебного соглашения о сотрудничестве и эффективным методом получения необходимых показаний, так как перспектива появления этой статьи в обвинительном приговоре сулила значительное ухудшение положения осужденного.
    Так, осуждение коммерсанта по совокупности за участие или руководство преступным сообществом, которые относятся к категории тяжких и особо тяжких преступлений, приводило к:
  • значительному увеличению назначаемых судом сроков наказания (максимальный срок лишения свободы по ст. 210 УК РФ – 20 лет), 
  • увеличению срока отбытия наказания для подачи ходатайства об условно-досрочном освобождении или о замене неотбытой части более мягким видом наказания, 
  • отбыванию наказания в исправительных учреждениях, предназначенных для лиц, совершивших особо тяжкие преступления, в частности, насильственные.
 
3. Динамика применения ст. 210 УК РФ
    Количество дел, возбужденных по данной статье, стало неуклонно расти. Так, согласно данным статистики, публикуемой ежегодно Судебным департаментом при Верховном Суде РФ [10], число осужденных по ч. 1 ст. 210 УК РФ (организация преступного сообщества) в 2009-2019 гг. увеличилось с 37 до 73 человек в год, по ч. 2 (участие в преступном сообществе) – с 52 до 159 человек, с ч. 3 (с использованием служебного положения) от 0 в течение нескольких лет до 19 человек, осужденных в 2018 году. И только по ч. 4, предусматривающей ответственность для «воров в законе», из которой в дальнейшем выросла еще и отдельная статья 210.1 УК РФ, за десять лет был осужден всего 1 человек. 
    Гораздо более интересные цифры можно увидеть, если обратить внимание на число осужденных и оправданных по дополнительной квалификации. Количество осужденных по ч. 1 ст. 210 УК РФ год от года меняется от 5 до 30 человек, по ч. 2 выросло с 36 в 2009 году до 323 человек в 2018 году. 
 
Количество осужденных по ст. 210 УК РФ:
   
    Интерес представляет также тот факт, что с 2014 года наблюдается резкий скачок (буквально в несколько раз) числа осужденных по дополнительной квалификации. Это связано с вышеупомянутым изменением подсудности суда присяжных, когда ч. 1-3 ст. 210 УК РФ были выведены из круга дел, рассматриваемых судами субъектов.
    Оправдывают в совокупности по первым двум частям в среднем по 200 человек ежегодно, то есть примерно в 40% случаев суд признает такую завышенную квалификацию необоснованной.
О чрезмерно активном вменении бизнесменам ст. 210 УК РФ неоднократно высказывался Уполномоченный по правам предпринимателей Борис Титов. В одном из ежегодных докладов Президенту, посвященных проблемам уголовного преследования предпринимателей, приводится следующий пример:  
«перед истечением предельного срока содержания под стражей предпринимателей Филатова В.И., Пивоварова А.В., Тищенко П.В., Зеленского А.А., Милькина С.А. (ч. 5 ст. 33, ч. 4 ст. 160 УК РФ, уголовное дело № 41602007701000029) обвиняемым вменена ст. 210 УК РФ. В качестве доказательства преступного сообщества к делу приобщены фотографии обвиняемых и других лиц, сделанные на корпоративных мероприятиях. В качестве организатора преступного сообщества определен руководитель предприятия, главный бухгалтер, финансовый директор и партнеры по бизнесу — участники» [11]
    На данный момент все фигуранты дела признаны Мещанским районным судом г. Москвы виновными в растрате в особо крупном размере, но при этом оправданы в части обвинений в организации и участии в преступном сообществе [12].
    Это далеко не единственный пример, когда следствие инкриминирует предпринимателям ст. 210 УК РФ в совокупности с экономическими составами. За последние годы она фигурировала во многих громких делах в отношении влиятельных бизнесменов, например, экс-министра по вопросам «Открытого правительства» Михаила Абызова, предпринимателя Дмитрия Михальченко, совладельца группы «Сумма» Зиявудина Магомедова, главы британского фонда Hermitage Capital Management Уильяма Браудера, председателя правления «Тольяттихимбанка» Александра Попова и многих других.
 
4. Долгожданная реформа
    Такая обстановка породила широкую общественную дискуссию о необходимости пересмотра положений статьи, чтобы не допустить в дальнейшем «утяжеления» обвинения для предпринимателей. Наконец, в начале 2019 года наметились значительные подвижки по изменению ст. 210 УК РФ, но, вопреки ожиданиям, поправки лишь ужесточили ответственность (увеличены минимальный срок лишения свободы и размер штрафов) и криминализировали участие в собрании лидеров преступных сообществ (ч. 1.1 ст. 210 УК РФ) и занятие высшего положения в преступной иерархии (ст. 210.1 УК РФ).
    Однако во второй половине 2019 года началась вторая волна предложений по изменению статьи 210 УК РФ. Летом депутатом Госдумы Рифатом Шайхутдиновым был внесен законопроект [13] о выводе правонарушений в сфере бизнеса из-под действия статьи 210 УК РФ, но проект был возвращен автору, так как был оценен как излишне радикальный, отправив под запрет все типичные экономические составы. 
    Следующим стал внесенный в конце года законопроект [14] главы государства, который с некоторыми изменениями был одобрен Государственной Думой. В результате появилось примечание к ст. 210 УК РФ, согласно которому учредители, руководители и работники организации не подлежат уголовной ответственности по этой статье только в силу организационно-штатной структуры организации. Исключение составляют лишь случаи, когда такая организация специально была создана для совершения одного или нескольких тяжких или особо тяжких преступлений, а это необходимо доказать с учетом того, что юридическое лицо осуществляет свою деятельность на законных основаниях и в целом не имеет претензий со стороны государственных органов.
    Стоит отметить, что новые поправки согласуются с общеевропейской тенденцией по декриминализации экономических преступлений. Так, во многих странах была введена специальная корпоративная ответственность, которая позволяет более эффективно разрешать проблемы, обусловленные природой корпоративных преступлений, такие как практическая невозможность выявления конкретных виновных лиц среди сотрудников компании и «недопустимость выдвижения обвинений в организованной преступной деятельности против сотрудников компании, если преступление стало возможным по причине структурных недостатков и неэффективной корпоративной политики» [15].
    Некоторые правопорядки уже давно установили ограничение на применение положений об организованной преступности к преступлениям в сфере экономики. Например, Уголовный кодекс ФРГ содержит норму во многом аналогичную исследуемой статье. Параграф 129 Уголовного кодекса Германии устанавливает ответственность за создание преступного сообщества, целью деятельности которого является совершение преступлений, максимальное наказание за которые не может быть меньше двух лет лишения свободы, а также за участие в нем, вербовку и поддержание деятельности сообщества [16]. Такая общая формулировка уточняется в части третьей, которая содержит ряд исключений. Так, норма не подлежит применению, если совершение преступлений имеет второстепенное значение по сравнению с обычной деятельностью сообщества. Суды обычно толкуют эту оговорку как запрет распространения категории преступного сообщества на зарегистрированные в установленном законом порядке юридические лица, созданные изначально для ведения предпринимательской деятельности [17].
 
5. Менять нужно больше, чем кажется
    В целом, к статье 210 УК РФ всегда предъявлялось достаточно претензий, начиная с двойственности названия преступного объединения [18] и заканчивая проблемами квалификации.
    Согласно ч. 4 ст. 35 УК РФ преступное сообщество может существовать в форме структурированной организованной группы или объединения организованных групп, действующих (1) под единым руководством, (2) в целях совместного совершения одного или нескольких тяжких либо особо тяжких преступлений (3) для получения прямо или косвенно финансовой или иной материальной выгоды. 
    Определение преступного сообщества через организованную группу приводит к смешению понятий, что, в свою очередь, влияет на тяжесть квалификации. В целом, указанные признаки могут наличествовать и в организованной группе. Постановление Пленума ВС РФ [19], посвященное спорным вопросам применения ст. 210 УК РФ, указывает еще на два отличительных признака – более сложную внутреннюю структуру и возможность объединения в сообществе двух или более организованных групп. Однако, называя эти признаки, Постановление оставляет открытым вопрос о том, что считать «более сложной структурой». Будет ли это зависеть от количества участников, наличия звеньев, территориальной распространенности или, возможно, подразделений юридического лица, непонятно. Ведь некоторые организованные группы также могут иметь довольно сложную структуру [20].
    В то же время некоторые ученые предлагают отличать преступное сообщество по признакам профессионализма (когда постоянное совершение преступлений становится «профессией» и источником постоянного дохода) и наличия коррупционных связей [21]. Думается, необходимость наличия данных признаков могла бы несколько умерить пыл следствия по вменению бизнесменам ст. 210 УК РФ, так как многие из существующих дел основаны на единичном преступлении, совершенном за многие годы законной деятельности предприятия. Как в таком случае будет осуществляться доказывание? Одних только фотографий с корпоративов в качестве доказательств существования преступного сообщества, как в вышеприведенном случае, будет уже недостаточно.
    Согласно ч.1 ст. 210 УК РФ к созданию и руководству преступным сообществом приравнивается создание устойчивых связей между организованными группами. Постановление Пленума поясняет (п.11), что речь идет о самостоятельно действующих группах. Может ли возникнуть ситуация, когда лицо налаживает контакт с несколькими организованными группами без непосредственного создания преступного сообщества, если сообщество и представляет собой объединение организованных групп с целью совершения тяжких преступлений? 
    Кроме того, отмечаются неопределенность относительно лица, занимающего высшее положение в преступной иерархии, что делает норму фактически «мертвой» (см. статистику), слабую эффективность примечания об освобождении от ответственности за добровольное прекращение участия в сообществе, содействие следствию и некоторые другие недостатки [22]. Но следует вернуться к недавно внесенному примечанию.
 
6. До «светлого будущего» еще далеко
    Текущие поправки внушают некоторую долю оптимизма касательно улучшения ситуации с уголовным преследованием предпринимателей. К примеру, новое положение закона имеет обратную силу, что теоретически открывает возможность для пересмотра массы приговоров по ходатайствам осужденных, попавших под прежнее регулирование.
    Но и здесь не все так гладко, как кажется на первый взгляд.
    Во-первых, примечание упоминает, что уголовной ответственности не подлежат учредители, участники, руководители, члены органов управления и работники организации. Распространяется ли оно, допустим, на бенефициаров? Практике известны случаи, когда они признавались фактическими руководителями компаний и, в дальнейшем, виновными в совершении преступления при наличии реально действующего генерального директора [23].
    Во-вторых, в большинстве уголовных дел, возбужденных в отношении предпринимателей по этой статье, упоминается одновременно несколько юридических лиц. Поэтому даже если одна организация не подпадает под признаки преступного сообщества, то существование цепочки связанных юридических лиц уже дает повод ассоциировать всю сеть с деятельностью преступного сообщества при условии совершения несколькими сотрудниками этих юридических лиц тяжких или особо тяжких преступлений. 
    В-третьих, под действие этого исключения не подпадают случаи, когда организация или ее структурное подразделение были заведомо созданы для совершения одного или нескольких тяжких или особо тяжких преступлений. Неясно, как будет определяться такая заведомость.
    Возможно, речь идет о так называемых «фирмах-однодневках», под которыми «в самом общем смысле понимается юридическое лицо, не обладающее фактической самостоятельностью, созданное без цели ведения предпринимательской деятельности, как правило, не представляющее налоговую отчетность, зарегистрированное по адресу массовой регистрации, и т.д.» [24] 
    В актах ФНС России часто указываются критерии, которые могут служить ориентиром для выявления фиктивности ведения хозяйственной деятельности [25]. К ним, в частности, относятся: адрес регистрации юридического лица является массовым; налоговая нагрузка ниже ее среднего уровня по хозяйствующим субъектам в конкретной отрасли; в бухгалтерской или налоговой отчетности отражены убытки на протяжении нескольких налоговых периодов, построение финансово-хозяйственной деятельности на основе заключения договоров с контрагентами-перекупщиками или посредниками («цепочки контрагентов») без наличия разумных экономических или иных причин (деловой цели); отсутствие очевидных свидетельств возможности реального выполнения контрагентом условий договора и др.
    В судебной практике также указывается ряд признаков: отсутствие основных средств, расчетных счетов и работников по договорам гражданско-правового характера; невозможность осуществления поставки товаров; отсутствие персонала, собственных или арендованных транспортных средств и помещений и пр. [26] 
    Это далеко не полный список признаков [27], и, в целом, большинство из них являются оценочными и не позволяют в полной мере оценить правомерность деятельности организации. Следственным органам необходимо будет приложить значительные усилия, чтобы доказать наличие заведомости при отсутствии подозрения в фиктивности деятельности. Однако в отсутствие практики пока еще рано делать какие-то выводы о стратегии деятельности правоохранительных органов, так как признак заведомости оставляет простор для манипуляций. Например, не будет ли внесение каких-либо изменений в ЕГРЮЛ за некоторое время до совершения преступления расценено следствием в качестве создания структуры для совершения преступления?
 
7. Выводы
    Нормы о создании преступного сообщества требуют комплексного пересмотра, включая приведение в соответствие признаков преступного сообщества, указанных в Общей и Особенной частях УК РФ, устранение расплывчатых формулировок, допускающих вольное толкование, более четкое разграничение между различными формами соучастия. Но, к сожалению, нужно признать, что деформация смысла даже самого «хорошего» закона на практике будет продолжаться, пока в сознании сотрудников правоохранительных органов сохраняется стремление добиваться желаемого (и не всегда объективного) результата.
    А пока с учетом обозначенных недостатков можно было бы предложить следующие изменения:
- принятие новой редакции Постановления Пленума ВС «Об организации преступного сообщества» для единообразной трактовки имеющихся оценочных признаков (необходимо уточнить имеющиеся неоднозначные формулировки, дополнить разъяснениями, касающимися применения нового примечания и трактовки понятия заведомости);
- предоставление обвиняемым по ст. 210 УК РФ возможности рассмотрения их дела судом присяжных, расширив его подсудность (риск признания присяжными аргументов следствия недостаточными для обвинения предпринимателя в совершении особо тяжкого преступления побудит к более тщательному доказыванию обстоятельств, подтверждающих такое обвинение);
- усиление процессуального контроля на стадии предварительного расследования.
    Кроме того, заслуживают внимания предложения по запрету дополнительной квалификации по ст. 210 УК РФ при вменении предпринимателям экономических составов, а также об исключении тяжких преступлений из цели создания преступных сообществ, что могло бы вывести из-под ее действия массу составов, которые за годы существования статьи удавалось притянуть с помощью размытых формулировок. 
    А пока остается надеяться, что беспроигрышная акция по раздаче следственными органами такого весомого «бонуса» при совершении предпринимателями экономического преступления, как необоснованная дополнительная квалификация по ст. 210 УК РФ, в скором времени закончится.
    Статья 210 УК РФ: тенденции правоприменения и оценка новых законодательных изменений
 

[1] Трайнин А.Н. Избранные труды. – СПб.: Изд-во «Юридический центр Пресс», 2004. С.271.
[2] Ст. 264 Уложения о наказаниях уголовных и исправительных. - Санкт-Петербург: Тип. 2 отд-ния собств. е. и. в. канцелярии, 1845. С.105.
[3] Севастьянов Д.Л. Противодействие организации преступного сообщества (преступной организации): криминологическое исследование: дис... канд. юрид. наук, Рязань, 2013. С.46-47.
[4] Якушева Т.В. Законодательная регламентация и практика привлечения к уголовной ответственности за организацию преступного сообщества (преступной организации): дис. ... канд. юрид. наук . - Краснодар, 2016. С. 24-30.
[5] См. об этом подробнее в «Российская организованная преступность: новая угроза» под ред. Фила Вильямса. М., 2000.
[6] Мордовец А.А. Уголовная ответственность за организацию преступного сообщества (преступной организации) и участие в нем. дис. … канд. юрид. наук. - М., 2001. С. 25-48.
[7] П. 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10.06.2010 N 12 "О судебной практике рассмотрения уголовных дел об организации преступного сообщества (преступной организации) или участии в нем (ней)" / СПС Консультант Плюс.
[8] Федеральный закон от 23 июля 2013 г. N 217-ФЗ "О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации и статьи 1 и 3 Федерального закона "О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации и признании утратившими силу отдельных законодательных актов (положений законодательных актов) Российской Федерации" по вопросам совершенствования процедуры апелляционного производства".
[9] См. Постановление ЕСПЧ от 10.04.2018 "Дело "Рубцов и Балаян (Rubtsov and Balayan) против Российской Федерации" (жалобы N 33707/14 и 3762/15).
[10] Данные судебной статистики Судебного департамента при Верховном Суде РФ с 2009 по 2019 гг. // [Электронный ресурс] – URL: http://www.cdep.ru/index.php?id=79.
[11] Приложение к Докладу Президенту РФ «Уголовное преследование предпринимателей. Проблемы и предложения» (по материалам обращений в адрес Уполномоченных по защите прав предпринимателей). 2019 г. С.11.
[12] Энергетиков исключили из преступного сообщества // Газета "Коммерсантъ" №126 от 19.07.2019 / [Электронный ресурс] – URL: https://www.kommersant.ru/doc/4034413. 
[13] Законопроект № 737962-7 от 24.06.2019 г. О внесении изменений в статью 210 Уголовного кодекса Российской Федерации / [Электронный ресурс] – URL: https://sozd.duma.gov.ru/bill/737962-7.
[14] № 871811-7 от 26.12.2019 г. О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и статью 28-1 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации / [Электронный ресурс] – URL: https://sozd.duma.gov.ru/bill/871811-7. 
[15] Обзор практики применения Европейской конвенции о защите прав человека в отношении досудебного заключения обвиняемых под стражу при расследовании преступлений, разработанный в рамках Совместного проекта ЕС и Совета Европы по защите прав предпринимателей в Российской Федерации от коррупционных практик (ПРЕКОП-РФ) // [Электронный ресурс] – URL: https://rm.coe.int/CoERMPublicCommonSearchServices/DisplayDCTMContent?documentId=09000016806d8141.
[16] Deutsche Strafgesetzbuch vom 15 May 1871 in der Fassung der Bekanntmachung vom 13. November 1998 [Электронный ресурс] // Режим доступа: https://www.gesetze-im-internet.de/stgb/. 
[17] Жалинский А.Э. Современное немецкое уголовное право. М., 2004. С. 531.
[18] Преступное сообщество или преступная организация? Есть ли смысл в указания в законе обоих понятий? Об этом см. подробнее, напр.: Гришко Е.А. Организация преступного сообщества (преступной организации): уголовно-правовой и криминологический аспекты : дисс. ... канд.юр.наук - Москва, 2000; Быков В.М. Организация преступного сообщества (преступной организации) // Законность.- 2010. - № 2; Сучков Ю.И., Фалеев В.И. Проблемы понятий и квалификации преступлений, совершенных преступным сообществом (преступной организацией) по российскому уголовному законодательству // Организованная преступность. Уголовно-правовые и криминологические проблемы. Сборник научных трудов. - Калининград, 1999. - С. 23-29 и др.
[19] Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 10.06.2010 N 12 "О судебной практике рассмотрения уголовных дел об организации преступного сообщества (преступной организации) или участии в нем (ней)" / СПС Консультант Плюс. Данное Постановление значительно прояснило ситуацию, раскрыв смысл большинства понятий, составляющих статью, но, при этом, создало также новые вопросы по ее применению.
[20] Например, в одном из судебных решений указывается: «… Козеровой была создана структурно оформленная преступная группа, имевшая иерархическую структуру построения, с наличием руководящего состава, структурных подразделений, с распределением функций и обязанностей среди ее участников, где соблюдались правила конспирации, дисциплина, которая обладала признаками устойчивости и сплоченности, имела стабильный состав и тесные связи между ее участниками, объединенными единым умыслом, направленным на совершение в течение длительного периода времени особо тяжких преступлений…» Действия были квалифицированы по совокупности по ч.1 ст.210 УК РФ, но ВС РФ отменил постановления нижестоящих судов в этой части, посчитав структуру организации недостаточно сложной для сообщества (см. Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 25.11.2015 N 127П15). Аналогичное решение – Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 09.11.2017 N 83-УД17-7.
[21] Быков В.М. Проблемы применения ст. 210 УК РФ в новой редакции Федерального закона от 3 ноября 2009 г. N 245-ФЗ - Право и политика - 2011. – N 1. - С. 99 - 105.
[22] См., напр.: Мордовец А.А. Об особенностях применения и значении статьи 210 УК РФ (организация преступного сообщества (преступной организации) или участие в нем (ней)). - «Общество, государство, право», Вып.3, 2014; Якушева Т.В. Указ. соч.
[23] См.: Определения КС РФ от 19.11.2015 №2731-О, от 19.07.2016 №1580-О, от 25.10.2016 №2316-О; Приговор Мещанского районного суда г. Москвы от 24.03.2015 г. по делу № 1-172/2015.
[24] Письмо ФНС РФ от 11.02.2010 N 3-7-07/84 / СПС Консультант Плюс.
[25] См., напр.: Письмо> ФНС России от 03.08.2016 N ГД-4-14/14126@; Приказ ФНС России от 30.05.2007 N ММ-3-06/333@ (ред. от 10.05.2012) "Об утверждении Концепции системы планирования выездных налоговых проверок"; Письме ФНС РФ от 24.06.2016 N ЕД-19-15/104 и др. Кроме того, Центральный Банк РФ периодически публикует признаки недобросовестности заемщиков, на которые также можно ориентироваться при ведении деятельности.
[26] Постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16 июня 2015 г. № 16АП-1141/15, Определение ВС РФ от 21 декабря 2016 г. № 301-КГ16-17102, Определение ВС РФ от 19 апреля 2016 г. № 309-КГ16-2889 и др.
[27] Стоит отметить, что закрепление закрытого перечня критериев в законодательстве нецелесообразно, так как практика постоянно выявляет все новые и новые случаи.